Иван Федорович Шпонька, живущий ныне на хуторе своём Вытребеньках, в школе отличался прилежанием и не задирал товарищей. Благонравием своим он привлёк внимание даже страшного учителя латинского языка и был произведён им в аудиторы, чем, впрочем, не избег неприятного происшествия, в результате коего был бит по рукам тем же учителем и сохранил в душе своей робость настолько, что никогда не имел желания идти в штатскую службу. Посему, спустя два года после известия о смерти батюшки, он вступил в П*** пехотный полк, который, хоть и стоял по деревням, не уступал иным кавалерийским; к примеру, несколько человек в нем танцевали мазурку, а двое из офицеров играли в банк. Иван Федорович, впрочем, держался особняком, предпочитая чистить пуговицы, читать гадательную книгу и ставить мышеловки по углам. За исправность, спустя одиннадцать лет по получении прапорщика, он был произведён в подпоручики. Умерла его матушка, имением занялась тётушка, а Иван Федорович все служил. Наконец он получил от тётушки письмо, в коем, сетуя на старость и немощь, она просила его взять хозяйство на себя. Иван Федорович получил отставку с чином поручика и нанял кибитку от Могилева до Гадяча.
В дороге, занявшей две с небольшим недели, «ничего не случилось слишком замечательного», и только уж в трактире близ Гадяча с ним свёл знакомство Григорий Григорьевич Сторченко, сказавшийся соседом из села Хортыше и называвшим непременно в гости. Вскоре после сего происшествия Иван Федорович уже дома, в объятиях тётушки Василисы Кашпоровны, чья дородность и исполинский рост не слишком соответствуют жалобам ее в письме. Тётушка исправно ведёт хозяйство, а племянник неотлучно бывает в поле при жнецах и косарях и так, бывало, пленяется красотами природы, что забывает отведать любимых своих галушек. Меж делом тётушка замечает, что вся земля за их хутором, и само село Хортыше, записана бывшим хозяином Степаном Кузьмичом на Ивана Федоровича (тому причиной, что он наведывался к матушке Ивана Федоровича задолго до его рождения) , есть где-то и дарственная, — вот за ней-то и едет в Хортыше Иван Федорович и встречает там знакомца своего Сторченка,
Хлебосольный хозяин запирает ворота, распрягает коней Ивана Федоровича, но при словах о дарственной внезапно глохнет и поминает таракана, что сидел некогда у него в ухе. Он уверяет, что дарственной никакой нет и не было и, представив его матушке с сёстрами, влечёт Ивана Федоровича к столу, где тот знакомится с Иваном Ивановичем, голова коего сидит в высоком воротнике, «как будто в бричке». Во время обеда гостя потчуют индейкою с таким усердием, что официант принуждён стать на колени, умоляя его «взять стегнушко». После обеда грозный хозяин отправляется вздремнуть, и оживлённая беседа о делании пастилы, сушении груш, об огурцах и посеве картофеля занимает все общество, и даже две барышни, сестры Сторченки, принимают в ней участие. Вернувшись, Иван Федорович пересказывает тётушке своё приключение, и, крайне раздосадованная увёртливостью соседа, при упоминании барышень (а особливо белокурой) она одушевляется новым замыслом. Думая о племяннике «ще молода дытына», она уж мысленно нянчит внучат и впадает в совершенную рассеянную мечтательность. Наконец они сбираются к соседу вместе. Заведя разговор о гречихе и уведя старушку, она оставляет Ивана Федоровича с барышней наедине. Обменявшись, после долгого молчания, соображениями относительно числа мух летом, оба умолкают безнадёжно, и заведённая тётушкой на возвратном пути речь о необходимости женитьбы необычайно смущает Ивана Федоровича. Ему снятся чудные сны: жена с гусиным лицом, и не одна, а несколько, в шляпе жена, в кармане жена, в ухе жена, жена, подымающая его на колокольню, поскольку он колокол, жена, что вовсе не человек, а модная материя («возьмите жены <…> из неё все теперь шьют себе сюртуки»). Гадательная книга ничем не может помочь оробевшему Ивану Федоровичу, а у тётушки уж «созрел совершенно новый замысел», которого нам не суждено узнать, поскольку рукопись здесь обрывается.
<span>Анафема
Барбос и Жулька
Белый пудель
Блондель
Брегет
В недрах земли
В цирке
Гамбринус
Гранатовый браслет
Детский сад
Дознание
Изумруд
Колесо времени
Конокрады
Куст сирени
Леночка
Листригоны
Мирное житие
На глухарей
На реке
Ночлег
Ночная смена
ОЛЕСЯ
Одиночество
Ольга Сур
Первенец
Пиратка
Погибшая сила
Последний из буржуев
Поход
Ральф
Река жизни
Святая ложь
Синяя звезда
Слон
Собачье счастье
Соловей
Столетник
Тапер
Телеграфист
Ужас
Чудесный доктор
Чужой хлеб
Штабс-капитан Рыбников</span>
Центральным отрицательным персонажем в пьесе является деспотичная помещица Простакова, по девичьи Скотинина (фамилия как нельзя кстати раскрывает всю сущность этой женщины) Она не блещет интеллектом, считая, что и «без наук люди живут и жили». Именно отсутствие ума позволяет ей с упоением рассказывать о своем отце: «Покойник батюшка воеводою был пятнадцать лет, а с тем и скончаться изволил, что не умел грамоте, а умел достаточек нажить и сохранить. Челобитчиков принимал всегда, бывало, сидя на железном сундуке. После всякого сундук отворит и что-нибудь положит. То-то эконом был! Жизни не жалел, чтоб из сундука ничего не вынуть. Перед другим не похвалюсь, от вас не потаю: покойник-свет, лежа на сундуке с деньгами, умер, так сказать, с голоду. А! Каково это?». Яблоко от яблони не далеко падает – дочь полностью переняла черты своего батюшки. Простакова своеобразный хамелеон: своих слуг она тиранизирует, обзывает и всячески унижает, а перед теми, кто сильнее ее, сама готова унижаться и раболепствовать. Помещицу заботит исключительно собственная выгода, ее единственные заботы – как бы ободрать крестьян и женить любимого сыночка Митрофанушку на Софье, чтобы завладеть ее наследством.