Стихи:1. Бальмонта Константина Дмитриевича "Снежинка" ;2 Александр Александрович Блок "Рождество"
Интерес к родной истории ведёт к расцвету летописания1, исторических повестей и, наконец, хронографов
На Русь приезжают сербские и болгарские писатели, во множестве привозятся переводные сочинения и делаются новые переводы произведений исторических, богословских, природоведческих.
Писатели Древней Руси стремились заинтересовать читателя. Но фабула их произведений проста, повествование ведётся неторопливо.
Люди Древней Руси читали книги не спеша, перечитывая одно и то же произведение по нескольку раз, ища в нём наставлений, советов либо изображения значительных событий из истории.
В древнерусской литературе есть герои, совершающие великие подвиги на поле брани или нравственного совершенствования. Подобно фольклору, литература останавливалась только на событиях исключительных.
В литературе древней не было стихов, но была поэзия. Они любили гиперболы, сравнения, олицетворения.
Поэтичность древнерусской литературы в значительной степени связана с её близостью к устному народному творчеству. Писатели, подобно сказителям, создавали эпические4 произведения. В ткань многих произведений вплетаются народные песни. А какие прекрасные народные плачи можно найти в летописях и повестях! Помимо плачей, в литературе звучат и прославления — «славы».
Но не надо преувеличивать значение устного народного творчества в литературе Древней Руси. При всей близости к фольклору это была литература письменная.
<span>В сцене бала всё блестит, сверкает, переливается ("сияющее лицо", "с серебряными эполетами", "в бриллиантовой фероньерке", "в его блестящих глазах и губах"), преобладают белый и розовый ("в белом платье с розовым поясом", "белых, атласных ножек", "белый дешевенький веер"). А в сцене экзекуции цветовая гамма резко меняется: всё вокруг становится тёмным, непонятным, пугающим ("страшное", "что-то большое, чёрное", "чёрных людей", "пестрое, мокрое, красное, неестественное"). Рассказчик сомневается в том, что видит вокруг себя, он употребляет слова "очевидно", "верно", "что-то", "какая-то". Если на балу Иван Васильевич танцует под весёлую кадриль, "в душе у него всё время пело, и изредка слышался мотив мазурки", то утром "была какая-то другая, жестокая, нехорошая музыка", он постоянно слышит "всё ту же неприятную, визгливую мелодию". Эти изменения только подчёркивают происходящее в душе героя. На балу он говорит: "Я был не только весел и доволен, я был счастлив, блажен, я был не я, а какое-то неземное существо, не знающее зла и способное на одно добро", "я обнимал в это время весь мир своей любовью". Он настолько счастлив, что не может уснуть, он хочет поделиться этим счастьем с миром, открыться ему. Но мир оказывается противоречивым и жестоким "людоедским строем". У героя "на сердце была почти физическая, доходившая до тошноты тоска, такая, что я несколько раз останавливался, и мне казалось, что вот-вот меня вырвет всем тем ужасом, который вошёл в меня от этого зрелища".</span>
Ассоль хорошо относилась к жизни, но из-за их положения она не могла не скем общаться и ждала когда на горизонте моря появятся Аллые паруса
Поэт сравнивает себя с дубовым листком, который «оторвался от ветки родимой» и отправился в странствия «жестокой бурей гонимый». На Кавказе Лермонтов оказался на чужбине п<span>ротив своей воли, как дубовый листок, сорванный порывом ветра и перенесенный в степь. Опаленный солнцем, пожелтевший и запылившийся, он ищет пристанища на берегу Черного моря. </span>Точно также и поэт пытался найти себя в новом, чужом для него и совершенно безразличном мире, рассчитывая на то, что далекий Кавказ сможет стать его второй родиной<span>. </span>