Один Дубровский молчал и хмурился. Он был горячий охотник. Его состояние позволяло ему держать только двух гончих и одну свору борзых; он не мог удержаться от некоторой зависти при виде сего великолепного заведения. «Что же ты хмуришься, брат, — спросил его Кирила Петрович, — или псарня моя тебе не нравится?» — «Нет, — отвечал он сурово, — псарня чудная, вряд людям вашим житье такое ж, как вашим собакам». Один из псарей обиделся. «Мы на свое житье, — сказал он, — благодаря бога и барина не жалуемся, а что правда, то правда, иному и дворянину не худо бы променять усадьбу на любую здешнюю конурку. Ему было б и сытнее и теплее». Кирила Петрович громко засмеялся при дерзком замечании своего холопа, а гости вослед за ним захохотали, хотя и чувствовали, что шутка псаря могла отнестися и к ним. Дубровский побледнел и не сказал ни слова. В сие время поднесли в лукошке Кирилу Петровичу новорожденных щенят; он занялся ими, выбрал себе двух, прочих велел утопить. Между тем Андрей Гаврилович скрылся, и никто того не заметил.<span>Возвратясь с гостями со псарного двора, Кирила Петрович сел ужинать и тогда только, не видя Дубровского, хватился о нем. Люди отвечали, что Андрей Гаврилович уехал домой. Троекуров велел тотчас его догнать и воротить непременно. Отроду не выезжал он на охоту без Дубровского, опытного и тонкого ценителя псовых достоинств и безошибочного решителя всевозможных охотничьих споров. Слуга, поскакавший за ним, воротился, как еще сидели за столом, и доложил своему господину, что, дескать, Андрей Гаврилович не послушался и не хотел воротиться. Кирила Петрович, по обыкновению своему разгоряченный наливками, осердился и вторично послал того же слугу сказать Андрею Гавриловичу, что если он тотчас же не приедет ночевать в Покровское, то он, Троекуров, с ним навеки рассорится. Слуга снова поскакал, Кирила Петрович встал из-за стола, отпустил гостей и отправился спать.
</span>
«Матренин двор» — это рассказ о беспощадности человеческой судьбы, злого рока, о глупости советских послесталинских порядков, о жизни простых людей, далёких от городской суеты и спешки, — о жизни в социалистическом государстве. Этот рассказ, как замечал сам автор, «полностью автобиографичен и достоверен» , отчество рассказчика — Игнатич — созвучно с отчеством А. Солженицына — Исаевич. Первоначально рассказ назывался «Не стоит село без праведника» — по русской пословице. Праведница-крестьянка жила в окружении недоброжелательных и корыстных колхозников. Их убогая и несчастная судьба мало чем отличалась от существования лагерных узников. Они жили по искони заведённым порядкам. Даже после смерти Матрёны, сделавшей для всех так много добра, соседи не особенно переживали, хотя и плакали, в избу шли с детьми, будто на спектакль. «Те, кто считал себя покойнице роднее, начинали плач ещё с порога, а достигнув гроба, наклонялись голосить над самым _лицом усопшей» . Плач родственников был «своего рода политикой» : в нём каждый излагал свои собственные мысли и чувства. И все эти причитания сводились к тому, что «в смерти её мы не виноваты, а насчёт избы ещё поговорим! » Жаль, что добром, народным или своим, называет язык имущество наше. И его-то терять считается перед людьми постыдно и глупо. <span>Рассказ «Матрёнин двор» невозможно читать без слёз. Эта грустная история праведницы-крестьянки не художественный вымысел автора. Солженицын доверяет жизни и её творцу — Богу больше, чем художественному вымыслу. Оттого с таким сопереживанием и гордостью читается рассказ: ведь остались ещё на земле русской праведники, без которых не стоит ни село, ни город, ни вся земля наша.
Ка-кто так)
</span>
В самом начале произведения Светлана предстаёт читателю печальной и встревоженной: ей не известна судьба любимого. Девушка не может быть такой же беспечной, как подружки, в её сердце нет места девичьим забавам. Уже год она находит в себе силы праведно надеяться и молиться, что всё будет хорошо, но в крещенский вечер любопытство берет верх над праведностью – героиня гадает.
Характеристика Светланы Жуковского представлена положительной, не идеальной, но образцовой. В ее поведении есть деталь, которая в корне отличает ее от девушек в других вариантов перевода самого автора и от оригинальной Леноры. Узнав о смерти возлюбленного, невеста не ропщет на Бога, а молится Спасителю. Душевное состояние Светланы в момент страшного видения скорее можно охарактеризовать как испуг, но не отчаяние. Главная героиня готова смириться и с «горькой судьбиной», но только не обвинять Бога в том, что он её не услышал.
У крестьянина три сына, трижды братья караулили воров, кобылицы просит отпускать её,обещая подарить трёх коней, Иван трижды ездил по заданию царя, три котла чтоб омолодиться.
" Вот как стало лишь смеркаться
Начал старший брат сбираться ,
Стало сызнова смеркаться ,
Стало в третий раз сбираться"
Стихотворение можно отнести к жанру элегии, развернутого описания с
элементами рассуждения. Главной темой, главным образом становится
ширь русских просторов, невеселые раздумья лирического героя.
Образ зимней дороги в стихотворении, как метафора, выражающая
жизненный путь героя.
Стихотворение распадается на два смысловых отрезка: первый посвящен
описанию дороги и песни ямщика, во втором выражены ожидания лирического
героя, надежды на встречу с возлюбленной.
Композиция кольцевая: первое четверостишие включает описание унылого зимнего пейзажа, и последнее, седьмое также возвращает нас к целостной картине.
Музыкальность определяется повторяющейся инверсией определений,
чередованием ударных и безударных слогов.
В четвертой строфе словно слышится конский топот, повтор звуков [п] , [т] .
В пятой строфе много звуковых повторов, сквозной звук [з] , из 11 слов в пяти
встречается [з] .
В шестой строфе повторяющиеся [ч] , [с] создают эффект тиканья часов.
В седьмой строфе преобладают сонорные [н] , [л] , что в сочетании с ударным [у]
рождает ощущение тоски, грусти, скучной, длинной зимней дороги.
Во второй строфе 4 эпитета-определения.
Их роль усиливается инверсией: дорога зимняя, скучная, колокольчик однозвучный. Эпитеты характеризуют долгую зимнюю дорогу, подчеркивают ее однообразие.
Третья строфа продолжает раскрытие темы дороги, идет описание песни
ямщика.
В одном предложении сказано так много, как только могут сказать стихи:
слышится сама русская песня, отразившая русский характер, судьбу народную.
Здесь присутствует знвчимый эпитет – родное, выделенный постпозицией,
выражающий отношение поэта к русской песне. В двух соседних строках сталкиваются антонимичные понятия: разгулье удалое и сердечная тоска, помогающие автору показать сложность и противоречивость русского национального характера.
Четвертая строфа характеризует образ всей России, всю бесконечность ее просторов – глушь и снег – короткие, констатирующие фразы, отсутствие тропов. Необъятность просторов – где на много верст – лишь верстовые столбы, и в то же время – пустота, глушь.
В пятой и шестой строфах меняется тема – жизнь новая, неопределенность будущего, предстоящее свидание с любимой.
В пятой строфе повтор слова завтра в двух соседних строках, как свидетельство нетерпения встречи.
Скучно, грустно... Завтра, Нина,
Завтра, к милой возвратясь.. .
Седьмая строфа завершает стихотворение, повторяя тот же мотив. (Грустно, Нина,
Путь мой скучен) в новой форме.
Слово «путь» в данном случае употреблено, очевидно, в переносном значении.
Пейзаж создает определенный душевный настрой, так как лирический пейзаж
элегии представляет своеобразный фон переживания: картины зимней вечерней
дороги созвучны душевной печали.
Большинство глаголов обозначают психологическое состояние лирического героя,
его внутренние переживания – забудусь, загляжусь, разлучит, наглядясь. Глаголы пробирается, льет, бежит, гремит создают внешний фон, настраивающий на
восприятие душевного волнения. Глаголы употребляются в настоящем и будущем времени в соответствии с реальным пейзажем, окружающим поэта и
предполагаемой, ожидаемой встречей с любимой .
Прилагательные служат в тексте образными эпитетами (печальные, скучная, сердечная) . В тексте встречается краткие прилагательные – скучен, однозвучен, полосаты.
Четырехстопный хорей, размер, которым Пушкин писал не часто, перекрестная
рифма, то мужская, то женская, обилие пиррихиев, параллельное строение предложений - вот то, что создает повествовательную, торжественную интонацию.
В стихотворении приводятся в действие все уровни языка, единицы которых прямо
или опосредованно выражают содержание, функционально совмещаясь и
дополняя друг друга. Первостепенную роль в эстетической выразительности
<span>играют фонетический и лексический уровни.............
</span>