1.Снежная равнина, белая луна
Снежная равнина, белая луна,
Саваном покрыта наша сторона.
И березы в белом плачут по лесам.
Кто погиб здесь? Умер? Уж не я ли сам?
2.Вечером синим, вечером лунным...
Сергей Есенин
Вечером синим, вечером лунным
Был я когда-то красивым и юным.
Неудержимо, неповторимо
Все пролетело. далече.. мимо...
Сердце остыло, и выцвели очи...
Синее счастье! Лунные ночи!
В современном мире нет, пожалуй, человека, так или иначе не причастного к искусству.
Книга, кино, телевидение, радио, театр, музыка, живопись прочно вошли в нашу жизнь.
Соприкосновение с миром искусства доставляет нам радость и бескорыстное наслаждение.
Многие поэтому видят в произведениях писателей, композиторов, художников средство приятного отдыха или развлечения.
Но значение искусства в жизни человека несравненно серьезнее и богаче.
Речь Стародума — это прежде всего речь оратора. Он, по мысли Фонвизина, должен донести до читателя новые идеи, растолковать их. Поэтому речь его образна, афористична.
Невежа без души — зверь; Гораздо честнее быть без вины обойдёну, нежели без заслуг пожаловану; Имей сердце, имей душу, и будешь человек во всякое время; Наличные деньги — не наличные достоинства; Золотой болван — всё болван; Просвещение возвышает одну добродетельную душу; Душевного почтения достоин только тот, кто в чинах не по деньгам, а в знати не по чинам.
В речи Стародума Фонвизин последовательно показывает, как выбор слова зависит от речевой ситуации, что было характерно для разговорной речи образованных людей второй половины XVIII века. Так, когда ему не о чем говорить с собеседником (например, с невежественной Простаковой) , его реплики становятся односложными, он ироничен, часто употребляет такие просторечные слова, как затевать, это, мастерица толковать, ба! Я чаю; постпозитивные частицы (подумай-ко) . Он словно приспосабливается к лексикону своего собеседника.
Кроме того, на примере речи Стародума Фонвизин впервые показал, что старшее поколение образованных дворян говорило проще, чем молодое, его речь ближе к народно-разговорной. Так, Стародум употребляет если (Милон — буде) , нонче, выжили, пособит, шататься в передней, давеча, богач, убраться (“уйти”), рублёв.
В отличие от других драматургов Фонвизин создаёт индивидуальные речевые характеристики положительных героев. Так, речь Стародума проще, конкретнее, более образна, чем речь Правдина, Милона. Стародум играет своеобразную роль переводчика, посредника между крепостниками и своими друзьями-правдолюбами. Именно он может объясниться со Скотининым, “смеючись” найти с ним общий язык, тогда как Милон по поводу реплик Скотинина в состоянии лишь восклицать:
— Какая дерзость.. . Я насилу могу удержаться.. . Какое скотское сравнение!
Именно Стародум умеет понять своеобразную логику Митрофана, обнаруживающего свои “знания” в области грамматики: “Так поэтому у тебя слово дурак прилагательное, потому что оно прилагается к глупому человеку? ” (На что Митрофан отвечает: “И ведомо”.) Когда Простакова просит Правдина и Стародума объяснить ей, что такое “еоргафия”, Правдин даёт ответ, непонятный Простаковой: “Описание земли”, а Стародум растолковывает ей так, что она сразу понимает (и следующим образом определяет своё отношение к географии) : “Наука-то не дворянская”. Осуждая Простакову, Стародум, в отличие от Милона и Правдина, не философствует, не подавляет её абстракциями, а говорит просто в ответ на её восклицание, что она человек, а не ангел:
— Знаю, знаю, что человеку нельзя быть ангелом. Да и не надобно быть чёртом.
В первом диалоге Правдина и Стародума намечается даже некоторое противопоставление речевой манеры одного способу изъясняться другого. Куртуазные фразы Правдина, не только благородного, но и изысканно вежливого человека, довольно резко отличаются от реплик Стародума с его обращениями на “ты”, привычкой перебивать речь собеседника. Кажется, что вельможа екатерининской эпохи беседует с приближённым Петра I, благородство первого облекается в изысканные формы, мудрость второго проста и безыскусна, совсем в стиле великого государя.
«Лес и степь» является эпилогом к «Запискам охотника». Здесь нет героев, повествование ведется от лица автора. Тургенев постепенно описывает все времена года, и каждое хорошо по-своему. Он любуется красотой русской природы