В центре рассказа В. Шукшина «Космос, нервная система и шмат сала» два героя — старик Евстигнеич и его квартирант Юрка. Юрка — восьмиклассник. Он приехал из соседней деревни, чтобы закончить здесь десятилетнюю школу, потому что в его деревне «десятилетка» отсутствует. Жизнь Юрки нелегка. Его мать одна воспитывает четверых детей, и помочь сыну она ничем не может. Но Юрка старается. Для того он и терпит все невзгоды, для того и сидит долгие часы за уроками, чтобы отучиться, стать человеком, окончить мединститут, помогать матери. Интересный, народный характер показывает Шукшин в образе Евстигнеича. Старик хитер, жаден. «Он вообще скряга отменный», — замечает о нем автор. Ему многого жаль для самого себя. Страдая от похмелья, от так и не покупает дополнительную выпивку. Не потому что его вразумили Юр-кины наставления, а потому, что «жалко денег» . Целый день изводит Евстигнеич Юрку своими стонами. Старик ненавидит своих детей за то, что те не стали жить в деревне, выросли и уехали в город. Как в храм, спускаясь в полный продуктами погреб, Евстигнеич ругает сына и дочь чертями. Ему непонятно, почему их не привлекло в деревенской жизни даже такое изобилие. Для него это главное мерило счастья. Жадность Евстигнеича переходит в душевную черствость, когда речь заходит о Юрке. Мальчик беден, он недоедает, а «старик вроде не замечает Юркиной бедности, берет с него пять рублей в месяц» . Если же у квартиранта кончаются продукты, Евстигнеич дает ему, но только в долг и только после того, как долго ходит вокруг да около, «косится» , раздумывает. Когда Юрка сообщает Евстигнеичу, что хочет стать хирургом, тот удивляется и сразу делает предположение: «Што, они много шибко получают, што ль? » Ничем иным какая-либо профессия, по Евстигнеичу, привлекательна быть не может. Вот водителем, например, быть очень даже почетно, потому что можно много «зашибать» да еще «приворовывать» . Материальное благосостояние для старика — главная жизненная ценность, и никаких нравственных преград к его обретению для него не существует. Евстигнеич не верит в бога. Он предлагает не молиться ради благодати, а работать, добывая ее. Но коллективной работы, работы для других, общества старик не признает. Он индивидуалист. Евстигнеич малограмотен и испытывает огромный интерес к Юркиным занятиям. Его интересуют вопросы веры, астрономии, физиологии. Старик, загораясь интересом, обнаруживает всю свою искренность, простоту, безыскусность, что и делает его образ привлекательным. Он, несмотря на возраст, вступает в горячие споры с Юркой, веря и не веря ему одновременно, относясь к его рассказам с подозрением и в то же время радуясь тем новшествам науки, о которых так легко рассказывает восьмиклассник. Особенно сильное впечатление на старика произвел рассказ Юрки об академике Павлове. Удивителен и непонятен для Евстигнеича подвиг самопожертвования ради науки. Но он потряс его настолько, что куда-то подевались и жадность его, и скряжничество. Евстигнеич угощает Юрку большим куском сала, и не в долг, а от всей души. Юрка приоткрывает старику такие стороны жизни, о которых старик и не знал. И это касается не только науки, но и жизненных ценностей.
Наездник Изумруда, мальчик-конюх, дед-конюх; человек, отравивший Изумруда - эт люди. Из лошадей - сам Изумруд, злой жеребец Онегин, вороная кобыла (которая нравилась Изумруду) , какой-то рыжий конь, у которого ёкало на размашистой рыси.. .
<span>В начале повествования автор знакомит читателя с главой семьи – Пантелеем Прокофьевичем: «Под уклон сползавших годов закряжистел Пантелей Прокофьевич: раздался в ширину, чуть ссутулился, но все же выглядел старичком складным. Был сух в кости, хром (в молодости на императорском смотру на скачках сломал ногу) , носил в левом ухе серебряную полумесяцем серьгу, до старости не слиняли на нем вороной масти борода и волосы, в гневе доходил до беспамятства... » Пантелей Прокофьевич – истинный казак, воспитанный на традициях доблести и чести. На этих же традициях он воспитывал своих детей, проявляя порой черты крутого характера. Глава семейства Мелеховых не терпит непокорности, но в душе добрый и чувствительный. Он умелый и трудолюбивый хозяин, умеет рачительно вести хозяйство, сам работает от зари до зари. На него, а еще в большей мере на его сына Григория, ложится отсвет благородной и гордой натуры деда Прокофия, бросившего некогда вызов патриархальным нравам хутора Татарского.</span>
Вопрос об эпосе как коллективном создании народа тесно связан с вопросом о языке былин как о средстве художественной изобразительности. Этот вопрос неоднократно рассматривался, но эстетическая ценность народного языка в былинах недостаточно понята и оценена.Язык произведений народной поэзии, как и язык любых других литературно-художественных произведений, служит не только средством общения, но средством художественного способа выражения миросозерцания их создателей.Поэтический язык былин настолько богат и разнообразен, что здесь могут быть указаны только наиболее общие и важные признаки его, разработка же их должна стать предметом специальных трудов. В данном случае будет рассмотрен поэтический язык былин в той его форме, в какой он известен русскому читателю из сборников былин, начиная со сборника Кирши Данилова и кончая современными записями. Изучение более ранних периодов в развитии эпического языка представляет собой особую, весьма сложную задачу, которая требует специальных изысканий, так как мы не обладаем никакими непосредственными материалами, относящимися к периоду до второй половины XVIII века. Более ранние материалы представляют собой памятники не устной, а книжной речи. Раньше чем решать задачу изучения развития поэтического языка путем реконструкций более раннего состава из более позднего, необходимо рассмотреть, что представляет собой этот более поздний материал в его законченной, сложившейся форме, богато представленной материалами.<span>Исходя из указанного, необходимо в первую очередь установить специфические отличия поэтического языка эпоса от языка других видов народной поэзии.</span>