Конец XIX — начало XX вв. стали временем яркого расцвета русской культуры, ее "серебряным веком" ("золотым веком" называли пушкинскую пору) .
В науке, литературе, искусстве один за другим появлялись новые таланты, рождались смелые новации, состязались разные направления, группировки и стили. Вместе с тем культуре "серебряного века" были присущи глубокие противоречия, характерные для всей русской жизни того времени.
В то время литература развивалась в иных исторических условиях, чем прежде. Если искать слово, характеризующее важнейшие особенности рассматриваемого периода, то это будет слово "кризис". В русской литературе той поры был настоящий кризис - кризис старых представлений об искусстве и ощущение исчерпанности прошлого развития, формировалась переоценка ценностей.
Обновление литературы, ее модернизация стали причиной появления новых течений и школ. Переосмысление старых средств выразительности и возрождение поэзии ознаменовали наступление "серебряного века" русской литературы.. .Всех его представителей объединяло одно, главное: осознание своей эпохи как совершенно особой, выходящей за пределы того, что было прежде, в девятнадцатом веке в первую очередь, и одновременно с этим – деятельное, действенное отношение к этой эпохе и её проблемам
Русское слова "ракета" произошло от немецкого слова "ракет". А это немецкое слова-уменьшительное от итальянского слова "рокка", что значет "веретено". То есть, "ракета" означает "маленькое веретено", "веретёнка". Связона это, конечно, с формой ракеты: она похоже на веретено-длинная, обтекаемая, с острым носом. Но сейчат не так уж много детей видели настоящее, зато всё знают, как выглядит ракета. Теперь, наверное, нужно поступать так: " Дети! Знаете как выглядит веретено? Как маленикая ракета!". Ракеты человек изобрёл очень давно. Их придумали в Китае много сотен лет таму назад. Китайцы изпользовали их для того, чтобы делать фейерверки. Они долго держали в секрете устройство ракет, им нравилось удивлять чужестранцев.
Дібрати цитати до
образу Фауста можна такі:
Самохарактеристика
власних розумових здібностей: «До краю всіх наук дійшов – Уже я й лікар, і правник, І, на нещастя, богослов... Ну і
до чого ж я довчивсь? Як дурнем був, так і лишивсь.»
Прагнення до
знань відкриває в ньому тягу до чарів: Тому-то й почав я ворожити, – Чи
не одкриє духів міць Мені одвічних
таємниць…».
Досягення Фауста
в науці досити великі: «Хоч маю докторське звання І десять років навмання Туди й сюди, навкрив-навкіс Воджу
я учнів своїх за ніс».
Господь про Фауста: «Він
мій раб!», «Він поки що у мороці блукає, Та я вкажу йому до правди вхід, Бо
знає садівник, як деревце плекає, Який від нього буде цвіт і плід».
Хоче врятувати
кохану Маргариту: «Йдемо! Довірся! Не тягни».
<span> </span>
Залуский Ян Кшиштоф - главный герой рассказа.
Калека, у которого от рождения нет рук; у него большая голова, бледное лицо "с подвижными острыми чертами и большими, проницательными бегающими глазами". Ноги "длинные и тонкие", с их помощью "феномен", как его называет сопровождающий, "долгоусый" субъект, снимает с головы картуз, расчесывает гребенкой бороду, крестится и, наконец, пишет па белом листке "ровную красивую строчку": "Человек создан для счастья, как птица для полета".
Эта фраза и есть"парадокс". "Человек создан для счастья, только счастье не всегда создано для него", - говорит он позднее.
Короленко, не раз показывавший болезни и человеческие увечья, усиливает парадокс Залуского не только для более острого изображения взаимоотношений между людьми (растерянное высокомерие доктора Дударова и достоинство Залуского), а ради утверждения идеи всего своего творчества:
"Жизнь.. . кажется мне проявлением общего великого закона, главные основные черты которого - добро и счастье. ..Общий закон жизни есть стремление к счастию и все более широкое его осуществление".
<span>Именно врожденное несчастье Залуского помогло ему выразить эту свою заветную мысль с особой убедительностью.
</span>
Детали - это его фишка. Они помогают увидеть, степень аморфности персонажей, буквально заглянуть им в душу и за пару строчек узнать о них много чего.