Повесть пропитаная сожидением любовью между человеком и собакой
<span>— Я сам так думаю, — заметил одобрительно Аркадий. — «Stoff und Kraft» написано популярным
языком...
</span><span>— Да почему он ушел вперед? И чем он от нас так уж очень
отличается? — с нетерпением воскликнул
Павел Петрович.
</span><span>— И самолюбие какое противное, — перебил опять Павел Петрович.
</span><span>— Гм! — промычал он.
— Аркадий Николаевич заботится о твоем воспитании. Что ж, ты пробовал читать?
</span><span>— Да, брат; видно, пора гроб заказывать
и ручки складывать крестом на груди, — заметил
со вздохом Николай Петрович.</span>
<span>— Ну, я так скоро не сдамся, — пробормотал его брат. — У нас еще будет
схватка с этим лекарем, я это предчувствую.</span>
<span>— Позвольте, Павел Петрович, — промолвил Базаров, — вы вот уважаете
себя и сидите сложа руки</span><span>
<span>— Современное состояние народа этого требует, — с важностью прибавил Аркадий.</span></span><span>
<span>— Я не стану против этого спорить, — перебил Базаров, — я даже готов согласиться, что в этом<span> вы правы.</span></span></span>
<span>— Мой дед землю пахал, — с надменною гордостию отвечал Базаров.
</span><span>— Господа, господа, пожалуйста, без
личностей! — воскликнул Николай
Петрович и приподнялся.
</span><span>— И решились ни за что не приниматься, — угрюмо повторил Базаров.
</span><span>— Я вам миллионы таких постановлений
представлю, — воскликнул Павел
Петрович, — миллионы! Да вот хоть община, например.</span><span>
<span>— Семья наконец, семья, так, как она существует у наших
крестьян! — закричал Павел Петрович.</span></span>
<span><span>— Надо всем глумиться, — подхватил Павел Петрович.</span></span><span> </span>
Он представляет литературу маттео фальконе
Отношение к сестре: «Сестре Соне было четыре года. Я любил ее страстно»
Портрет Васи
<span>О своей внешности рассказчик (Вася) не сообщает ничего, указывая лишь на рост в сравнении с Валеком: “Это был мальчик лет девяти, больше меня... ”
</span><span>“Я уходил потому, что не мог уже в этот день играть с моими друзьями по-прежнему безмятежно. Чистая детская привязанность моя как-то замутилась, к ней примешалась острая струя сожаления, доходившая до сердечной боли”. Видим: Вася, поняв, что новые его товарищи вынуждены воровать, не просто ушёл, он от них уходил (длительное действие)
</span><span> “...Мне стало тесно в доме и в садике, где я не встречал ни в ком привета и ласки. Я начал бродяжить. Всё моё существо трепетало тогда каким-то странным предчувствием жизни... С тех пор к прочим нелестным моим эпитетам прибавились названия уличного мальчишки и бродяги, но я не обращал на это внимания... Когда все углы города стали мне известны до последних грязных закоулков, тогда я стал заглядываться на видневшуюся вдали, на горе, часовню... Мне захотелось осмотреть её всю, заглянуть внутрь... ”
</span>
Она снимок украсит любой,И пусть лица любимых твоихВсегда будет рядом с тобой.