Единственный персонаж, задуманный и
исполненный, как близкий Чацкому,
- это Софья Павловна Фамусова.
Грибоедов писал о ней: Девушка сама не глупая предпочитает дурака умному
человеку..." В этом персонаже воплощен характер сложный, автор ушел здесь
от сатиры и фарса. Он представил женский характер большой силы и глубины. Софье
довольно долго "не везло" в критике. Даже Пушкин считал этот образ
неудачей автора: " Софья начертана неясно". И только Гончаров в
"мильоне терзаний" в 1871 году впервые понял и оценил по достоинству
этот персонаж и его роль в пьесе.
Воспитанная Фамусовым и мадам Розье в
соответствии с правилами воспитания московских барышень, Софья была обучена
"и танцам, и пенью, и нежностям, и вздохам". Ее вкусы и представления
об окружающем мире формировались под влиянием французских сентиментальных
романов. Она воображает себя героиней романа, поэтому плохо разбирается в людях
. Софья. отвергает любовь чересчур язвительного Чацкого. Не хочет стать женой
тупоумного, грубого, но богатого Скалозуба и избирает Молчалина. Молчалин
разыгрывает перед ней роль платонического влюбленного и может до рассвета
возвышенно молчать наедине с любимой. Софья отдает предпочтение Молчалину,
потому что находит в нем множество достоинств, необходимых для
"мужа-мальчика, мужа-слуги, из жениных пажей". Ей нравится, что Молчалин
застенчив, уступчив, почтителен.
Как поговорка "Не суди книжку по обложке")
<span>Природа у Тютчева изменчива. Незнающая покоя, она вся в борьбе
противоборствующих сил. В беспрерывной смене дня и ночи, в круговороте
времени года она многолика, насыщена звуками, красками, запахами.
Природа в стихах Тютчева очеловечена. Она внутренне близка и понятна
человеку, родственна ему. Природа и человек образуют в лирике поэта
единство. Поэтому многим его стихам присуща двучастная композиция,
построенная на параллелизме между жизнью природы и жизнью человека.
Человек в поэзии Тютчева двуедин. Он слаб и величественен одновременно. </span>
Эта сказка повествует о бумажном змее, которого сделал мальчик Витя. Он нарисовал на змее солнце, и змей начал хвастаться, будто он и есть солнце. Он продолжал делать это даже тогда, когда Витя переправил рисунок на смешную рожицу. Все, даже птицы, смеялись над змеем и дёргали его за хвост.