Попробую подумать о себе. На военную службу поступил, когда не было восемнадцати лет, военное училище, служба до предела, пенсия предельная, потом работа на гражданке, в шестьдесят пять с этим делом завязал. На здоровье не жалуюсь, сердце стучит нормально, давление крови почти не отличается от курсантского, утром физзарядка, днем прогулки на свежем воздухе, километров пять спокойным шагом, от инфаркта не бегаю, знаю, что бег этот похож на бег на стадионе, убежал от него на первом круге, догонишь на втором. Дачи нет, деревенская жизнь напрочь отбила охоту копаться в земле, грешен, года три занимался на участке теплицами, повезло, нашлись добрые люди, которые построили на участке дома. Теперь у меня много времени, занимаюсь делом, которое начал еще в доме пионеров, строю модели кораблей, собираюсь заняться моделями самолетов, собираю заготовки, понял, что никто не увидит результаты моей службы и трудовой деятельности, а модели будут на глазах людей и через сотню-другую лет, может быть, кто и меня вспомнит. Помогаю местным "вундеркиндам" овладевать школьными знаниями, что-то получается. Конечно, дела семейные возрасту не подвластны, что-то нужно прибить или оторвать, что-то вынести, что-то занести. Нужно заметить, что пенсионная жизнь полностью подтверждает правильность русской поговорки про голову и беспокойные ноги.