<span>во, его фактура, его полный внутренний смысл и весь объём связанных с ним ощущений. Те слова, что звучат из уст Маяковского на самых высоких подъёмах его стиха, вызывают только отталкивание.</span>
<span>Ко времени пришествия Революции Маяковский, единственный из всех современников, был уже готовым её поэтом. И дело тут не в идейной его подготовленности, которая, кстати, очень сомнительна. К семнадцатому году молодой Маяковский оказался единственным из известных поэтов, у которого не просто темой, но самим материалом стиха, его фактурой были кровь и насилие. Он был готов перейти к штыку и нагану.</span>
<span>На словах, только на словах. Но об этом только и речь.</span>
<span>У него была удивительная способность к ненависти. Эта ненависть билась в нём и металась, прорываясь то в одну, то в другую сторону. Революция дала ненависти Маяковского направление и тем самым спасла от вечной истерики. На какое-то время он успокоился, обрёл равновесие. Он стал ненавидеть только <em>туда</em>. Вся энергия была брошена в одну сторону. Концентрация при этом вышла фантастической.</span>
<span>А ещё Революция дала ему в руки оружие.</span>
<span>Раньше это были только нож и кастет, теперь же самые различные виды до маузера и пулемёта. Он и пользовался ими отныне по мере надобности, но всем другим предпочитал штык.</span>
<span>Обладал ли Маяковский воображением, этим первейшим свойством поэта, то есть попросту видел ли он то, что писал? Мы знаем, что в жизни Маяковский не резал глоток, не глушил кастетом, не колол штыком. Он и на войне-то ни разу не был и даже в партию, как сам признаётся, не вступил, чтобы не попасть на фронт. А вот в стихах идёт "чужими трупами” и даже собирается отца облить керосином и пустить на улицы "для иллюминаций”. Так представлял ли он себе всё то, что писал, видел ли, допустим, эти самые трупы, ощущал ли чьё-то мёртвое тело под твёрдо знающими своими ногами?</span>
<span>Ситуация складывается таким образом, что любой ответ на этот вопрос губителен для поэта.</span>
<span>Обладал ли Маяковский воображением? Разумеется, и очень мощным. Но вся его безудержная фантазия, как в области изобретения образов, так и в области слова и словотворчества, удерживалась границами не внутреннего, а внешнего мира, его механическими законами.</span>
<span>В этом — ключ ко всему Маяковскому.</span>
<span><em>По Ю.Карабчиевскому («Воскресение Маяковского»)</em></span>
<span>Задание. Ответьте на вопрос: согласны ли вы с такой трактовкой творчества Маяковского? Ответ обоснуйте.</span>