Итак, эти произведения схожи в том, что герои обоих произведений нуждаются в правителе, без главы города(болота) в нем царит хаос и непонятки; но когда они получают, что хотели, все оказывается не так, как они ожидали - правители оказываются глупыми, либо относятся к жителям нехорошо, как к подчинённым, а не у подопечным.
различия, по крайней мере, которые видны сразу, это то, что в "лягушках, просящих царя" правитель был назначен один, и это сразу же привело к печальному концу. а в «истории одного города» правителей было много, да каждый "без царя в голове", глупый, корыстный. то есть если в "лягушках просящих царя" автор просто говорит нам что-то вроде "лучшее враг хорошего", то в "истории одного города" повествование более долгое, развернутое, толковое. так же разные жанры - басня и историческое произведение
Сказка ложь, да в ней намёк:
добрым молодцам урок
В рассказе <span>" Волшебное слово" говорится о мальчике Павлике,которому чего-то не везет. </span>
<span>Он поговорил со стариком,и тот сказал ему волшебное слово.Павлик решил проверит, действует ли оно.Он подошел к сестре и сказал:"Дай мне краски...<u>пожалуйста</u>."Она удивленно расширила глаза и дала ему краски.Потом он подошел к бабушке и также при помощи волшебного слова попросила у нее пирожок.К великому изумлению Павлика, она дала ему самый румяный пирожок.Он попросил брата взять его покататься с ним на лодке и волшебное слово опять подействовало!</span>
Людей неинтересных в мире нет.
Их судьбы — как истории планет.
У каждой все особое, свое,
и нет планет, похожих на нее.
А если кто-то незаметно жил
и с этой незаметностью дружил,
он интересен был среди людей
самой неинтересностью своей.
У каждого — свой тайный личный мир.
Есть в мире этом самый лучший миг.
Есть в мире этом самый страшный час,
но это все неведомо для нас.
И если умирает человек,
с ним умирает первый его снег,
и первый поцелуй, и первый бой...
Все это забирает он с собой.
Да, остаются книги и мосты,
машины и художников холсты,
да, многому остаться суждено,
но что-то ведь уходит все равно!
Таков закон безжалостной игры.
Не люди умирают, а миры.
Людей мы помним, грешных и земных.
А что мы знали, в сущности, о них?
Что знаем мы про братьев, про друзей,
что знаем о единственной своей?
И про отца родного своего
мы, зная все, не знаем ничего.
Уходят люди... Их не возвратить.
Их тайные миры не возродить.
И каждый раз мне хочется опять
от этой невозвратности кричать.
Ез его судьбу. Образ Печорина раскрывается во взаимоотношениях с другими персонажами, которые не похожи ни по характеру, ни по положению на Печорина. Важное значение имеет смена лиц, ведущих повествование. Сначала о Печорине рассказывает Максим Максимыч, потом автор-рассказчик, а дальше Печорин раскрывается в своих дневниках.
<span>Дневник Печорина-это исповедь главного героя. </span>
<span>На его страницах Печорин говорит обо всем по-настоящему искренне не боясь выставить наружу свои слабости и пороки. </span>
<span>Высказывания ПЕЧОРИНА о себе: </span>
<span>....Во мне два человека: один живет в полном смысле этого слова, другой мыслит и судит его; первый, быть может, через час простится с вами и миром навеки, а второй… </span>
<span>И, может быть, я завтра умру! … и не останется на земле ни одного существа, которое поняло бы меня совершенно. </span>
<span>Я люблю сомневаться во всем: это расположение ума не мешает решительности характера-напротив, что до меня касается, то я всегда смелее иду вперед, когда не знаю, что меня ожидает. Ведь хуже смерти ничего не случится-а смерти не минуешь! </span>
<span>«Все читали на моем лице признаки дурных свойств, которых не было; но их предпо¬лагали - и они родились. Я был скромен-меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, - меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, - меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду - мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние...
</span>