Если в биологии, то в том, что комплементарные фрагменты образуют не ковалентные связи, а пространственно подходят друг другу и образуют слабую связь, которая суммарно имеет очень большую энергию. Скажем в ДНК пуриновые основания (аденин и гуанин) вседа соединяются с пиримидиновыми (тимин, цитозин, урацил). Но, поскольку пространственно аденину подходит тимин и урацил, то с ними он и соединяется, а с цитозином они не могут друг в друга войти и образовать связь, т.к. их структура друг другу не подходит.
Иначе говоря, Согласно принципу комплиментарности пурины (молекулы, химический каркас которых включает 3 углеродных кольца, в ДНК и РНК это аденин и цитозин) взаимодействуют только с пиримидинами (у них 2 углеродных кольца, в ДНК это<span> тимин</span> и гуанин, а в РНК - урацил).
И важно помнить: Аденин всегда образует связи только с тимином, в случае с ДНК, или только с урацилом, в случае с РНК. А гуанин образует связь только с цитозином.
Тараканов, конечно, можно не любить, но нельзя забывать, что таракановые – весьма древний и уважаемый биологами отряд насекомых. Еще не было ни птиц, ни зверей, ни динозавров, когда по лесам, из которых потом образуется каменный уголь, 300 млн. лет назад уже бродили древние тараканы. Из всех современных отрядов насекомых древнее таракановых только стрекозы.
К тому же, даже неспециалист, разглядывая отпечатки тараканьих пращуров, легко узнает в них своих назойливых домоседов, ведь внешний вид усачей почти не изменился. Разве что тогда они все поголовно летали и имели длинный яйцеклад, который ныне атрофировался. Несмотря на умение летать, уже в те древние времена тараканы избрали скрытный образ жизни, ползая в гниющей лесной подстилке.
За всю свою долгую историю распространению тараканов мешал только холод. Эти насекомые чрезвычайно теплолюбивы. Около 80% видов живут исключительно в тропической зоне и на свежем воздухе. Совершить рывок на север удалось лишь нескольким «закаленным» диким видам, например, степному и лапландскому таракану, которые умудряются зимовать в виде яиц или личинок в лесной подстилке и под корой деревьев. Впрочем, из четырех тысяч видов усатых наших соотечественников интересуют в лучшем случае два – зато каких!
Надо сказать, что восточным славянам и так повезло – их тараканы «приручили» в последнюю очередь. А вот Южную и Западную Европу цивилизованные насекомые освоили не позднее, чем 400 лет назад. Сначала в «Евросоюз» вступили черные тараканы, а затем их потеснили тараканы рыжие. Откуда они мигрировали – из Африки или Азии – толком не известно, но что из южных районов – это точно.
В Россию тараканы добрались лишь во второй половине XVII века. Черный прибыл из Азии (предполагают, что из Турции), а рыжего принесли в ранцах и за обшлагами рукавов российские солдаты, вернувшиеся из Германии после Семилетней войны. Отсюда и второе название рыжего таракана – «прусак». Сербы и хорваты прозвали его тоже с немецким колоритом – «буба шваба» (Швабия, как и Пруссия – германская территория). То ли в отместку, то ли по какой-то другой причине сами немцы часто называют рыжего таракана «русаком».
Рыжий оказался проворнее черного, оставив тому лишь самые нижние этажи и подвалы. Зато черный выглядит гораздо внушительнее: он в два раза крупнее прусака, его тело блестит, как лакированное, а из-под небольших надкрыльев торчит внушительное брюшко. Живут черные тараканы дольше рыжих, одно развитие личинки может растянуться на четыре года.
В XVII веке вместе с кубинским сахарным тростником в Европу приплыл еще один вид таракана – американский, но достойной конкуренции черному и рыжему он не составил.
Само слово «таракан» (укр. «тарган»), скорее всего, тюркского происхождения. Была у татар такая привилегированная прослойка – тарханы, представители которой освобождались от выплаты податей. Известный по «Слову о полку Игореве» город Тмутаракань, как предполагают историки, располагался на Таманском полуострове и название свое получил вовсе не потому, что в нем жила тьма тараканов. Считается, что он принадлежал хазарам и сначала его прозвали «Таман-Тархан», что по-тюркски значило «город, освобожденный от налогов» Так или иначе, в итоге русичи наградили тюркскими титулами бесчисленные орды усатых домашних дармоедов.
И. Добродомов:
«Наименование не облагавшегося никакими налогами «домашнего животного» и незваного жильца дома ТАРАКАНА, оказывается, происходит от весьма почетного тюркского титула тархан».
Стоит сказать, что сначала таракан не вызывал такого отвращения, как сейчас, а российские крестьяне его даже по-своему любили. Он был у них своеобразным символом домашнего благополучия – мол, если есть в доме тараканы, то значит там тепло и сытно. Это ярко выражено и в поговорках, собранных Далем: «Была бы изба – будут и тараканы», «Черные тараканы заводятся – к прибыли», «Прусаки размножаются – к добру», «Тараканы из дому ползут – к пожару». Был даже обычай – при переезде в новый дом туда обязательно впускали тараканов из дома старого. А многие переселенцы в Сибирь и на Дальний Восток даже везли своих верных постояльцев с собой.
Мало того. Тараканов пытались использовать… в лечебных целях. Их сушили, толкли в порошок, делали настойку и надеялись с ее помощью излечиться от плеврита, водянки, язвы... Не секрет, что на тараканах настаивали и водку, которую так и называли «таракановка».
Однако со временем эти многочисленные дармоеды стали досаждать людям – особенно после того, как они узнали, что тараканы являются переносчиками дизентерии, яиц глистов и еще множества неприятных заболеваний. Особо привольно стали чувствовать себя эти насекомые после того, как появились многоэтажки с сетью мусоропроводов и вентиляционных шахт, которыми усатые пользовались не хуже Брюса Уиллиса. Тогда-то люди и объявили тараканам беспощадную, но нередко безуспешную войну.
Грибы — царство живых организмов, которые сочетают в себе признаки растений и животных. С растениями их сближает-. 1) наличие хорошо выраженной клеточной стенки; 2) неподвижность в вегетативном состоянии; 3) размножение спорами; 4) способность к синтезу витаминов; 5) поглощение пищи путем всасывания (адсорбции). Общим с животными является: 1) гетеротрофность; 2) наличие в составе клеточной стенки хитина, характерного для наружного скелета членистоногих; 3) отсутствие в клетках хлоропластов и фотосинтезирующих пигментов; 4) накопление гликогена как запасного вещества; 5) образование и выделение продукта метаболизма — мочевины. Эти особенности строения и жизнедеятельности грибов позволяют считать их одной их самых древних групп эукариотных организмов, не имеющих прямой эволюционной связи с растениями, как считалось ранее. Грибы и растения возникли независимо от разных форм микроорганизмов, обитавших в воде. Известно более 100 тыс. видов грибов, причем предполагается, что реальное число их значительно больше — 250—300 тыс. и более. В мире ежегодно описывают более тысячи новых видов. Подавляющее большинство их обитает на суше, причем встречаются они практически повсеместно, где может существовать жизнь. Подсчитано, что в лесной подстилке 78—90% биомассы всех микроорганизмов приходится на долю грибной массы (примерно 5 т/га).
Численность популяций не остается постоянной, так как меняются условия их существования. Возникающие изменения численности популяций во времени называются динамикой численности. Ее изучение важно для прогноза перспектив дальнейшего существования популяций и оценки их роли в природных сообществах.
Диапазон колебаний численности популяций зависит от степени изменчивости абиотических и биотических факторов, а также от биологических особенностей конкретного вида (плодовитости, скорости смены поколений, возраста достижения половой зрелости особей и др.). Самые большие диапазоны колебаний численности характерны для мелких быстро размножающихся организмов — бактерий, инфузорий, насекомых, грызунов.
Типы динамики численности. Выделяют сезонный, многолетний, периодический и устойчивый типы динамики численности.