Они вели себя как и наши партийцы.... Раньше политики были проще. Никаких тебе газет, агитаторов, выборов. Дал дубиной по чайнику – и ты Вождь племени! В Греции пытались организовать демократию, но толку не вышло. Платон сбежал, Сократ отравился. Спартанцы всех колотили и без всякой философии. И у римлян демократия не прижилась. «Хочешь что-либо сделать, делай сам», считали они. Каин же, например, кокнул Авеля? Вот Брут собственноручно и «замочил» Цезаря. Императора Гродиана - пришил генерал армии, командующий Германским фронтом Максим. Затем были Галл, Клавдий, Тацит-Антрацит и так далее. Всех покойных императоров не упомнишь. Да и ну их в бочку, к Диогену! Проблема в том, что в борьбе за престол, римляне столь усердно мочили друг-друга на выборах, что их Великую Римскую Империю вскоре завоевали какие-то пришлые лимитчики-питекантропы с севера Европы (байда типа нынешнего Евросоюза), которые не знали слова Сенат, но знали, как махать дубиной.
С марксистской точки зрения тут и христиане помогли расшатать властную вертикаль и общественную «нравственность». Точнее безнравственность. А чего было ждать? Вели себя эти римляне везде, как москвичи в России, или американцы в Ираке: лезли со своей демократией, легионами и катапультами, в каждую геополитическую дырку.………………………………………………………………………………Я пыталась
Монголы в те годы очень стремились к России, а в России тогда произошла Великая Октябрьская Социалистическая Революция, поставившая нашу страну на путь социализма. Вот и монголы за нами нырнули
Эти вопросы знаменитой телепередачи непременно возникнут у всякого, кто захочет понять, что за народ представляли собою охотники на мамонтов? Где они жили из поколения в поколение? Сколько тысячелетий назад?.. И, наконец, чем вызвано такое особенное внимание к ним?.. Постараемся кратко ответить на каждый вопрос.
На палеолитических стоянках нередко находят кости и бивни мамонтов. Долгое время археологи почти безоговорочно признавали их за остатки охотничьей добычи человека. Предлагались даже расчеты для определения по костям примерного количества мяса, которое добыли и съели обитатели этих поселений.
Сегодня с подобными выводами согласны далеко не все. Конечно, не стоит сомневаться, что именно охота была основным источником существования человека в палеолите. Однако теперь исследователи все чаще задаются вопросом: а был ли мамонт и впрямь охотничьей добычей наших далеких предков? Неужели такое вообще возможно?
Надо ли кому-нибудь объяснять, насколько опасен разъяренный слон? А ведь мамонт был защищен от нападений даже лучше слона. Его толстую шкуру, вдобавок, покрывала шерсть — густая и плотная. Между тем охотники верхнего палеолита имели в своем распоряжении лишь копья с кремневыми наконечниками да костяные кинжалы. Как же могли они побеждать такого грозного противника? И была ли в том надобность — при наличии более легкой добычи? Ведь дикие лошади, северные олени, сайги, ослы и прочая живность водились в Европе в изобилии...
Многочисленные изображения мамонта — в скульптуре, в гравюре, в пещерных росписях — говорят о том, что люди обращали на этого зверя большое внимание. Его бивни и кости широко использовались в обиходе, при изготовлении орудий и предметов искусства... Но, с другой стороны, нам известны «мамонтовые кладбища» — то есть места скоплений большого количества трупов животных, погибших явно без участия человека. Это Берелех в Якутии, Севское местонахождение в Брянской области, Фрисенхахнская пещера в Техасе, Хат Спрингс в Южной Дакоте, остров Нью Сейберия близ Аляски. В ряде случаев отмечены и следы более-менее регулярных посещений таких мест древними людьми. Так, может быть, кости зверей, находимые на палеолитических стоянках, были принесены с таких мамонтовых кладбищ?
Скептическое отношение к существованию в палеолите регулярной, целенаправленной охоты на мамонтов все чаще высказывают американские специалисты — археологи и палеонтологи. «...Наконечники типа Кловис, — пишет в одной из своих работ палеозоолог Д. Мельцер, — могли использоваться, как очень эффективное оружие, и, бесспорно, такие стоянки, как Ленер и Муррей Спрингз, демонстрируют высокий уровень охоты. Однако основной вопрос состоит в том, являлись ли продукты охоты на мегафауну необходимой, или даже обычной частью их пищевого рациона, или же человек, которому посчастливилось убить мамонта, проводил остаток своей жизни, рассказывая об этом событии. Я полагаю, что больше усилий тратилось на разговоры о таких животных, чем на реальное их убийство...»
Проблемы такого рода должны ставиться и решаться не «вообще», а сугубо конкретно. Действительно, в подавляющем большинстве случаев в раскопках преобладают кости дикой лошади, северного оленя, бизона, дикого осла, но никак не мамонта. Однако и очень большое количество костей мамонта на стоянке далеко не всегда означает, что ее обитатели активно охотились на него.
На левобережье Днестра имеется целый ряд весьма древних стоянок, где люди жили около 90—60 тысяч лет назад. На этих поселениях повсеместно преобладают кости мамонта. Долгое время эти кости считались остатками охотничьей добычи. Однако петербургский археолог Н. К. Анисюткин обратил внимание на целый ряд особенностей, ускользавших ранее от его коллег.
Восстановление разрушенного войной народного хозяйства.
Сохранение централизованного планового руководства экономикой. Преимущественное развитие тяжелой промышленности.
Процесс восстановления в послевоенные годы сопровождался дальнейшим повышением роли науки и образования. Их быстрое развитие после войны открывало новые горизонты для технического и общественного прогресса в Беларуси.
Для писателей, деятелей культуры Беларуси характерным было стремление служить интересам страны, способствовать ее развитию. Вместе с тем жизнь страны в произведениях литературы и искусства отражалась в соответствии с предопределениями правящей политической партии.