Могу помочь только этим..
План 8-11глав
8.
1)Учитель француз для Саши
2) Убийство медведя
9.
3)Приметы Дубровского
10.
4)"Я Дубровский"
11.
5)Дубровский-учитель
Литературовед В. М. Акимов называл рассказы М. Зощенко «подлинной энциклопедией обывательщины, справочником по заболеваниям чувств: зависти, трусости, страху, эгоизму, корыстолюбию».Сурово карает в своих рассказах эти пороки М. Зощенко. Хорошей помощью писателю в этом деле является юмор. Показывая, на первый взгляд, только лишь короткие комичные зарисовки, Зощенко на самом деле изображает глубокие пороки современной ему жизни. Писатель признавался, что читательский смех, вызванный сюжетами рассказов, его огорчает, потому что за словесным, формальным, на взгляд Зощенко, юмором скрывалась трагическая сущность советской действительности. С горечью сатирик говорил о том, что «печальная сторона жизни становится комической и вызывает смех вместо слез, ужаса и отвращения.Едва появившись в печати, рассказ М. Зощенко «Аристократка» имел огромный успех у читателей. Его отличает удачно переданная интонация бытовой мещанской речи, умение увидеть и описать мысли и поступки героев, детали их внешности, поведения.Ирония автора заключается уже в самом названии рассказа, поскольку поведение героини на самом деле расходится с подлинными понятиями об аристократизме. Для героя признаки аристократизма — это шляпка, чулочки фильдекосовые, мопсик, зуб золотой. Между тем, наделенная всем этим, его подруга демонстрирует отнюдь не аристократические манеры. Напрямую говорит она водопроводчику о своем нежелании продолжать ходить по улицам. Напоминая герою, что он «кавалер и у власти», «аристократка» требует у него соответствующих «его положению» развлечений.Театр для обоих героев, по утверждению литературоведа В. М. Акимова, «как темный лес». Григорий Иванович идет в театр только потому, что в ячейке ему выдали билет. Место герою досталось незавидное. Он не скрывает, что спектакль не вызывает у него ничего, кроме скуки. Аристократку же в театре, видимо, особенно привлекает буфет, ибо именно туда она направляется с началом антракта.В рассказе в ироническом свете предстает не только сама «аристократка», но и водопроводчик Григорий Иванович, от чьего лица и ведется повествование. Григорий Иванович — тип самодовольный. Попав в театр, он интересуется, действует ли там водопровод, желая тем самым подчеркнуть собственную значимость. Ему непривычны и чужды нормальные во всеобщем понимании манеры общения с женщиной. «Приму ее под руку и волочусь, что щука»,— говорит он.Неприятное чувство рождается в душе героя, когда он видит, как его избранница ходит по буфету и на стойку с пирожными смотрит. Не из щедрости, а из возникшей необходимости решает он угостить даму, с ужасом думая о таящихся в кармане грошах. Неумеренный аппетит «аристократки» приводит в бешенство Григория Ивановича, и в театральном буфете разражается скандал. Не видя в своем поступке ничего предосудительного, водопроводчик предлагает даме скушать четвертое пирожное, из-за которого, собственно, и поднялась буря. Но поступок героя мотивирован только лишь тем, что пирожное оплачено. «Довольно свинства с вашей стороны. Которые без денег — не ездют с дамами»,— категорично заявляет «аристократка», на что Григорий Иванович отвечает, что не в деньгах счастье.Зощенко показал в рассказе «Аристократка» поистине анекдотическую ситуацию, но автору, наблюдающему за героями, скорее не весело, а грустно.<span>«Смех часто бывает великим посредником в деле отличия истины от лжи»,— писал великий критик В. Г. Белинский. Именно этому стремился научить своего читателя Зощенко. И. С. Тургенев утверждал, что «точно и сильно воспроизвести истину, реальность жизни — есть высочайшее счастье для литератора». Основываясь на этих словах, можно сказать, что М. Зощенко, действительно, счастливый писатель.</span>
Произведение повествует о сильном человеке, девушке 20 лет, которая была распределена на работу в школу в селе Хотошуво. Но приключилась беда все вокруг замело песком, но она не сломилась, а продолжила бороться отправившись к вождю. Интересное произведение наполненное Платоновским символизмом.