![](/style/img/answer_avatar.png)
«Королевский марш льва» — торжественный выход царя зверей. Ах, как он любуется собой и своей внушительной поступью, оглашая окрестности грозным рычанием («рычит» фортепиано)! Исполняет ..
На марш настройтесь, белки, совы! – Вот грозный лев выходит грозно
Дает команду дирижер. «Король! – в партере говорят –
Прославят карнавал веселый Его боятся даже звезды:
Большой оркестр и птичий хор! Они слабей при нем горят!»
«Куры и петухи» Назойливые повторяющиеся звуки, изображающие
квохтанье кур, перемежаются с мотивом петушиного кукареканья. «Куриный» мотив взят из клавесинной сюиты Франсуа Куперена. Исполняет…
Это кто кудахчет там? До чего петух хорош!
Это кто несется там? На кого же он похож?
Кто устроил тарарам? Ой, хорош! Ой, похож!
Это куры с петухом. Кто же, кто же, кто же он?
Он – в мундире, с хохолком, Может сам Наполеон?
Смотрит зорко, далеко! «Браво, бис!» — со всех сторон.
«Антилопы» («Дикие ослы»). Исполняет …
Ну и топот! Ну и рев! Видно, их характер крут!
Это музыка ослов! Уши как свои спасем,
Скачут, топают, орут, Если музыкант осел?
А вот «Черепахи». Как вы думаете, в каком темпе эта пьеса?
Конечно, в очень медленном. Причем за основу взята мелодия… канкана из оперы «Орфей в аду» Жака Оффенбаха, только в несколько раз медленнее. Исполняет…
Едва ли доводилось вам Друзья! Порадует ли нас
Смотреть на медленный канкан, Такой канкан: два шага в час?
Где вместо пляски огневой А черепашкам жарко. «Ох!» –
Плетется танец, сам не свой… После балета – долгий вздох!
А в пьесе «Слоны» тяжеловесно звучит «Вальс сильфов» Гектора
Берлиоза. Комизм заключается в том, что музыка, задумывавшаяся как лёгкая и воздушная и в оригинале исполняемая инструментами высокого регистра, передана неповоротливому контрабасу, звучащему в нижней части диапазона и изображающему танцующего слона. Исполняет…
А вот слониха-африканка Ах, если бы для карнавала
Всех черепашек превзошла: Не лес столетний выбран был,
Зачем ей марши и канканы? – То и, наверно, до финала
Вальсок притопывать пошла! Не каждый зритель бы дожил!
«Персонаж с длинными ушами» — это именно тот, о ком вы
подумали: крики «иа» забавно переданы чередованием очень высоких и очень низких звуков. Исполняет…
Свивая длинные рулады, Тссс! Не болтаем, не мешаем,
Смежая веки от тоски, Почтенно, тихо слушаем…
Поют прекрасную балладу… Герои с длинными ушами
А кто? Да снова ослики! Теперь ласкают уши нам!
«Пианисты» — камешек в огород некоторых музыкантов,
упирающих на зубрежку гамм, без всякой «человеческой» мысли. Исполняет.
Никого ты не заставишь Бойко, звонко, прытко, быстро!
Тут сыграть еще ловчей: Нет, никто бы так не смог,
Белки прыгают меж клавиш, Только белки-пианисты
Звуки льются, как ручей. В восемь лап, а может нот!
И наконец, «Лебедь». Единственная часть, лишенная иронии. Это
был сюрприз, адресованный превосходному французскому виолончелисту Лебуку, — помните, ему предстояло выступить в карнавальном концерте. Сыгранный им № 13 из «Карнавала животных» под названием «Лебедь» принес шумную славу как исполнителю, так и композитору. На протяжении более ста лет «Лебедь» остается популярнейшей пьесой Сен-Санса. Сделаны его переложения чуть ли не для всех существующих инструментов, вокальные обработки. Наиболее известен балетный номер «Умирающий лебедь», сочиненный на эту музыку знаменитым русским хореографом Михаилом Фокиным для Анны Павловой, одной из лучших балерин начала XX столетия.
В переложении для фортепиано сейчас эту пьесу сыграет..
Помнишь, лебедь знаменитый – Мне поныне это снится:
Тело серебром облито – Серебра сиянье длится,
К нам спешил на карнавал, Птица-лебедь между вод
В лунных волнах выплывал? С видом царственным плывет.
«Финал» .Весёлая и лёгкая главная тема перемежается мотивами из
предыдущих частей. Исполняет…
Камиль Сен-Санс творил легко, наверное, потому, что он всегда был «слишком ребенок», как писал о нем Шарль Гуно. При всей своей учености он мечтал создавать музыку, «проникающую в душу и разливающуюся там по всем закоулкам», и ему это удавалось. А закончу словами Ромена Роллана: «В современном искусстве, нервном и беспокойном, его музыка поражает своей безмятежностью, своими спокойными гармониями… своей кристальной чистотой… Он вносит в нашу тревожную жизнь немножко света и мягкости былых дней».