В каком предложении средством выразительности является сравнение? Теплой ветреной ночью они шли по серебристому от луны тротуару
, и Монтегу чудилось, будто вокруг веет тончайшим ароматом свежих абрикосов и земляники. В её глазах, как в двух блестящих капельках прозрачной воды, он увидел своё отражение, тёмное и крохотное, но до мельчайших подробностей точное, даже складки у рта, как будто её глаза были двумя волшебными кусочками лилового янтаря, навеки заключившими в себе его образ. Я люблю смотреть на вещи, вдыхать их запах, и бывает, что я брожу так всю ночь напролёт и встречаю восход солнца. Каждую ночь сюда врывался океан звуков и, подхватив Милдрет на свои широкие крылья, баюкая и качая, уносил её, лежащую, с открытыми глазами, навстречу утру.
В каком предложении средством выразительности является эпитеты? Казалось, она готова отпрянуть назад, но вместо того она пристально поглядывала на Монтего, и её темные лучистые живые глаза так просияли как будто он сказал что-то необыкновенно хорошее. Потом, видя, что девушка, как замороженная смотрит на изображённые саламандры на рукаве его тужурки и на диск с фениксом, приколотый на груди, он заговорил. Монтегу казалось будто она кружится вокруг его, вертит во все стороны, легонько встряхивает, выворачивает карманы, хотя она не двигалась с места. Он носил своё счастье, как маску, но девушку отняла её и убежала через лужайку и уже нельзя постучаться к ней в дверь попросить, чтобы она вернула ему маску.
В каком предложении средством выразительности является метафора? И вдруг она показалась ему такой чужой, как будто он никогда раньше её и в глаза не видел, просто по ошибке попал в чей-то дом, как тот человек в анекдоте, который, возвращаясь ночью пьяный открыл чужую дверь и вошёл в чужой дом и улёгся в постель, а рано утром встал и ушёл на работу и никто так ничего и не заметил… А книга – это заряженное ружьё в доме соседа: сжечь её, разрядить ружьё, надо обуздать человеческий разум! Пассажиры шумного вагона испуганно отшатнулись от человека с безумным, побагровевшим от крика лицом, с перекошенными воспаленными губами, сжимавшего в руках открытую книгу. Она смотрела на него, Монтега, как зачарованный зритель в театре марионеток, предвосхищало каждый взмах его ресниц, каждый жест руки, каждое движение пальцев.