Каждый великий писатель стремится запечатлеть в своих произведениях тот идеал женщины, в котором бы нашли воплощение лучшие качества своего народа. Пушкинским идеалом стал образ Татьяны Лариной в романе "Евгений Онегин". С первого же знакомства с этой героиней читатель видит её самобытность, непохожесть на других. Еще ребенком она выделяется из обычной провинциальной среды:
Дика, печальна молчалива,
Как лань лесная боязлива,
Она в семье своей родной
Казалась девочкой чужой.
Да, именно этой провинциальной барышне с неброской внешностью и простонародным именем Татьяна Пушкин отдает свою симпатию и любовь. Это его "милый идеал".
У Татьяны богатый внутренний мир: она любит природу, книги, деревенский мир со сказками, народными поверьями и обычаями. Ведь именно это дорого и самому Пушкину. Татьяну поэт называет "русскою душою". В один из самых трудных жизненных моментов, терзаясь любовью к Онегину, Татьяна обращается за помощью и советом не к матери и сестре, а к неграмотной крестьянке, которая была для нее самым близким и родным человеком, таким же, как и Арина Родионовна для самого Пушкина. Даже в великолепной светской жизни героиня сумела сохранить свою личность, достоинство, благородную простоту, все то, что дорого и поэту. Она называет светскую жизнь "ветошью маскарада2", которую с радостью бы отдала "за полку книг, за дикий сад". И в последнем разговоре с Онегиным Пушкин показывает нам, что Татьяна по-прежнему честна с Евгением, но принять его любовь не может, так как не способна предать своего мужа, которого она не полюбила, но уважает за то, что он окружил её вниманием и заботой.
И мы теперь понимаем, почему пушкинская героиня является его "милым идеалом", одним из самых привлекательных и ярких женских образов русской, да, пожалуй, и мировой литературы.
Маленькая Ростом белые волосы думаю так
Немейский лев (первый подвиг)
С того дня, как царевич Эврисфей появился на свет, он был окружен заботой и лаской. Правда ни ума, ни силы, ни храбрости природа ему не дала, но властью одарила не малой. Когда умер Сфенел, еще молодой Эврисфей унаследовал власть отца и стал царем всей Арголиды.
Окруженный толпой придворных, Эврисфей надменно принял Геракла. "Клятвою Зевса,— сказал он,— мне вручена власть над всей Арголидой и, прежде всего, над всеми потомками Персея, среди которых я по происхождению старший. Каждый служит мне, чем может. Тебе боги дали силу, ты будешь служить мне силой. В нашей земле есть славный храм Зевса в Немее. Но в последнее время паломники уже не посещают его с прежним усердием. Их пугает чудовищный лев, избравший себе местопребыванием немейскую рощу. Повелеваю тебе очистить от этого непрошеного гостя землю Немеи. Как изведешь ты это чудовище — твое дело. Но знай, что меч и копье тебе вряд ли помогут, ибо лев этот, порожденный Тифоном и Ехидной15, слывет неуязвимым". Молча выслушал Геракл царя Эврисфея, только головой кивнул в знак согласия.
В тот же день, оставив Иолая в Микенах, Геракл пошел в Немею, чтобы свершить свой первый подвиг — убить Немейского льва.
Тишиной и запустением встретила Геракла земля Немеи: на полях росли одни сорняки, виноградники засохли. Так велик был страх перед чудовищным львом, что жители города боялись покидать свои жилища. Попробовал было Геракл узнать дорогу к логовищу льва, но слышал только один ответ: "Лев сам найдет тебя, как только ты войдешь в лес". Не верили люди, что смертный, каким бы могучим героем он ни был, сможет победить ужасного зверя.
Долго искал Геракл по лесистым склонам и глухим ущельям логово льва. Только к вечеру, услышав грозное рычание, исходившее из мрачной пещеры, понял Геракл: час поединка с чудовищем настал.
Медленно, злобно поводя глазами и с силой хлеща себя хвостом по бокам, из пещеры вышел огромных размеров лев. Тот час же три стрелы Геракла пропели в воздухе и отскочили от твердой, как бронзовый панцирь, шкуры чудовища. Лев присел, готовясь к смертельному прыжку, но сын Зевса успел опередить его: как молния мелькнула тяжелая дубинка Геракла и ее сокрушительный удар пришелся прямо в голову зверя. Лев упал, но тут же поднялся и бросился на грудь Геракла. Сомкнулись могучие руки Геракла на косматой львиной шее, сжали, и отпустили только тогда, когда лев уже был мертв16.
Туша льва была так велика, что Геракл не захотел нести ее в Микены. Он содрал со льва шкуру вместе с головой, сбросил с плеч старую шкуру киферонского льва, которую он носил с ранней молодости, и надел новую — неуязвимую для копий и стрел шкуру льва Немейского.
С криком разбегались люди при виде Геракла с оскаленной львиной пастью на голове, а царь Эврисфей, забившись дальний угол тронного зала, кричал: "Уходи! Уходи! И впредь не смей приближаться к моему дворцу! Мои приказания тебе будет передавать глашатай!"
Тарас Бульба сказал :
-Стой не шевелись! Я тебя породил, я тебя и убью!
А в то время стоял Андрий ни мертвый ни живой, был очень бледный : видно было что он задумался и что-то тихо молвил, но не имя отчизны, ни матери, и не покойного брата, а шептал имя прекрасной полячки . Тарас выстрелил.
Однажды, я видела как спорили 2 мальчика. мне стало интересно, я подошла и спросила: чего спорите? один ответил:"да вот, понимаешь, яблоко поделить хотели, а половинки не ровные получились. а яблоко на общие деньги покупали". я дала им денег на другое яблоко и съела это...
p.s. немного по идиотски, ну....