Толстой считал, что детство – самый счастливый период жизни человека, когда он находится в гармонии с природой, с самим собой, с другими людьми. “Счастливая, счастливая, невозвратимая пора детства! Как не любить, не лелеять воспоминаний о ней? Воспоминания эти освежают, возвышают мою душу и служат для меня источником лучших наслаждений”. Наслаждений этих было немного, но, как и в жизни любого человека, они были наиболее яркими.
Прежде всего, это воспоминания о матушке, рано покинувшей этот мир, которую он помнит смутно, но каждое воспоминание о которой ему особенно дорого. Молитва, обращенная к Богу, была полна любви к нему, и эта любовь была одновременно и любовью к родителям, к матери: “Спаси, господи, папеньку и маменьку! ” В детстве кажется, что все люди вокруг счастливы, потому что еще сам не знаешь, что такое несчастье. Единственный человек, из тех, кого он в то время знал, который был несчастлив, – учитель Карл Иванович, и ребенок просит у Бога: “Дай Бог ему счастия, дай мне возможность помочь ему, облегчить его горе; я всем готов для него пожертвовать”.
Все мысли, все надежды обращены в будущее, он мечтает: “одни мечты гонят другие, – но о чем они? Они неуловимы, но исполнены чистой любовью и надеждами на светлое счастие”. Взрослый Толстой, вспоминая свои детские ощущения, сожалеет об ушедшей вместе с детством беззаботности, когда не надо было думать о завтрашнем дне, когда за тебя решали другие и ты мог наслаждаться безоблачным счастьем незнания. Взрослому недоступна сила веры, без тени сомнения, безоговорочная, беспредельная, которой обладает Дети. Сомневаясь в Боге, в себе, в других, они не могут любить не задумываясь, просто испытывая потребность любить: любить людей, солнце, ветер, Утро и вечер, любить все, что дает этот мир человеку. Остается память о тех незабываемых ощущениях, которую можно выразить словами, но, к сожалению, это только воспоминания, и писатель спрашивает себя: “Вернутся ли когда-нибудь та свежесть, беззаботность, потребность любви и сила веры, которыми обладаешь в детстве?
Какое время может быть лучше того, когда две лучшие добродетели – невинная веселость и беспредельная потребность любви – были единственными побуждениями в жизни?”
«яблуко розбрату», «троянський<span> кінь», ...... знання «</span><span>Іліади»</span>
Героиня которая не отправила телеграмму звали Женя, помог ей Тимур.
Якім і Паўлінка раяцца, што рабіць, каб бацькі дзяўчыны далі дазвол на шлюб. Стары Крыніцкі не любіць настаўніка і не жадае мець зяця з мужыкоў. Якім прапаноўвае ўцячы і абвянчацца цішком: "Бацькі спачатку пазлуюць, пазлуюць трохі і адпусцяцца, - ведама, бацькоўскае сэрца". Паўлінка баіцца. Дамаўляюцца, што заўтра пасля вечарынкі самы раз здзейсніць задуманае. Якім дае дзяўчыне свой фотаздымак. Паўлінка хавае яго за абраз, калі настаўнік пакідае хату.
Вяртаюцца з кірмашу п'янаваты Крыніцкі з жонкай. Альжбета пытаецца, з кім ён начаставаўся. Муж адказвае, што з зяцем, панам Быкоўскім. Альжбеце "зяць" не падабаецца. Дачка заяўляе, што пойдзе замуж толькі за Якіма Сароку. Бацька злуе і сварыцца.
У хату ўвальваецца п'яны Пранцысь Пустарэвіч з жонкай. Крыніцкі скардзіцца на дачку, што "спуталася з гэтым... бязбожнікам, і хоць ты ёй вар на галаву лі".
Паўлінка расказвае Агаце пра сваю бяду. Старая кабета раіць слухаць бацьку і маці, хваліць Якіма. Дзяўчына палохае Агату, што павесіцца, калі яе разлучаць з каханым.
Высвятляецца, што Пустарэвіч дрэнна прывязаў кабылу і яна ўцякла. Агата з крыкам гоніць Пустарэвіча дамоў.
Крыніцкі загадвае Паўлінцы заўтра "злавіць зяця, аб якім ён ёй сягоння гаварыў". Дастае з-за абраза куплены на кірмашы каляндар, а разам з ім - фотакартку Якіма Сарокі. Паўлінка хоча забраць здымак, бацька не аддде.
Вяртаюцца Пустарэвічы, знайшоўшы кабылу прывязанай пад паветкай. Усе разглядаюць фотакартку, потым Крыніцкі рве яе. Пранцысь прапануе выпіць хаўтурнага. Паўлінка са словамі "Па кабыле сваёй пі хаўтурнага, а не па чалавеку, якога і падноскаў не варты!" вырывае з рук пляшку і б'е яе. Усе здзіўлены. читать дальше >