Ответ:
2. Австро-Венгрия в начале ХХ века Колосс на глиняных ногах – Три политических лагеря – Годы Первой мировой войны – Последняя осень империи
Колосс на глиняных ногах
Австро-Венгрия вступила в ХХ век, уже отпраздновав полувековой юбилей пребывания на троне Франца Иосифа. Мастер лавирования и интриги, он умело стравливал между собой политических и национальных соперников, сохраняя закрытость аристократической элиты. В результате его окружение оказалось неспособно предложить стратегию модернизации Дунайской монархии, все более отстававшей от передовых стран Европы. Император видел в обществе только серую массу верноподданных, не выражая готовности поделиться с ним властью. И в то же время «старый Франц» был популярен в народе, к нему попросту привыкли, над его причудами беззлобно посмеивались и в венских кафе, и в далекой провинции.
Оставшись вне рамок объединительного процесса германской нации, Австрия-Венгрия пыталась компенсировать свою изоляцию от братьев по крови экспансией в юго-восточном направлении. На балканском рубеже она столкнулась с интересами России, взявшей на себя роль защитницы всех славян. Несмотря на всю остроту конфликта двух империй, который в конечном итоге привел к Первой мировой войне, они имели между собой немало общего. Прежде всего бросалась в глаза крайняя неравномерность социально-экономического развития различных регионов, дополнявшаяся национальной пестротой населения. В истории каждой из стран было свое «иго» и своя «реконкиста». Развитие каждой из них во многом опиралось на нещадную эксплуатацию «внутренних колоний», жители которых находились под двойным гнетом. Как австрийское, так и российское общество не смогло вырваться из скорлупы феодальных отношений, оставаясь заложником придворных интриг и монаршей воли.
Эрнст Ханиш, автор классического труда по новейшей австрийской истории, справедливо говорит о том, что на рубеже веков две эпохи, традиция и современность, сосуществовали бок о бок, с трудом притираясь друг к другу. Настоящее стало размываться между прошлым и будущим, новое перестало считать себя наследником старого, за бурными темпами общественного развития не поспевали ни власть предержащие, ни политическая культура населения. Все это порождало новые и делало неприемлемыми старые контрасты: роскошь дворцов и парков оттеняла нищету рабочих кварталов, традиции абсолютизма сопротивлялись росткам парламентской демократии, мощные заводские корпуса соседствовали с крошечными мастерскими ремесленников, автомобили вытесняли с улиц конные экипажи. Благодаря успехам медицины наблюдался быстрый прирост населения, благодаря железным дорогам оно приобретало невиданную ранее мобильность. Если горожане успешно осваивали блага цивилизации, то сельские жители (они составляли две трети населения страны) продолжали бытие в патриархальном мире. На окраинах империи – в Буковине, Галиции, на Балканах – обычным явлением были нищета и неграмотность. Вена рубежа веков (fin de siecle Wien) стала нарицательным понятием, неся в себе как ощущение потери преемственности, так и поиск новых духовных ориентиров.
Первые три века христианства были временем жестоких гонений на его коследователей. Лишь в 313 году, император Константин 1 Великий разрешил свободно исповедовать христианство на территории Римской имерии. <span>Церковь была и есть православной и католической. Церковь разделилась на православную и католическую Во время раскола вся западная церковь- католическая , а Восточная церковь-православная. Всё духовество= служители церкви,делилось на белое и чёрное. Духовенство белой церкви, входили дьяконы ,священники, ерисконы, ирхоеписками и патриатрхи. </span>
В романе Л.Н. Толстого "Война и мир" много ярких эпизодов, отдельных картин, каждая из которых много значит сама по себе. Лунная ночь в Отрадном, первый бал Наташи, охота… Все эпизоды служат общей связи романа, представляют обширное целое, но и каждый в отдельности – завершён и по-своему интересен.
Почти в начале эпизода, в котором описываются встречи князя Андрея со старым дубом, Толстой размышляет о том, что частная жизнь не зависит от политики. Эта жизнь, которая названа автором настоящей, посвящена "интересам здоровья, болезни, труда, отдыха … интересам мысли". Она насыщена в каждый момент времени.
Разочаровавшись в прежних своих стремлениях и идеалах, пережив раскаяние и горе (ранение под Аустерлицем, смерть жены), князь Андрей приходит к выводу, что жизнь в её простых проявлениях, жизнь для себя и для своих близких – то единственное, что ему остаётся.
Болконскому кажется, что его жизненный путь определён. Но может ли деятельная, кипучая натура долго оставаться вне общественных интересов. И вот уже князь Андрей, "несмотря на высказанное им Пьеру равнодушие ко всем внешним событиям мира", начинает возвращаться к активной жизни.
Толстой не признавал жизни застывшей, одинаковой и поэтому мёртвой. В ней, как и в людях, он видел и ценил постоянное развитие, движение вперёд.
Автор показывает, как медленно возвращается его герой к жизни, к людям, к новым стремлениям.
Встреча со старым дубом помогла ему осмыслить своё нынешнее душевное состояние.
Дуб, который дважды встречает на своём пути князь Андрей, совершенно по-разному раскрывает ему "смысл жизни": в одном случае он кажется Болконскому олицетворением безнадёжности, в другом - символом радостной веры в счастье.
При первой встрече дуб представляется ему живым существом, "старым, сердитым, презрительным уродом", который наделён способностью думать, упорствовать, хмуриться и презирать весёлую семью "улыбающихся берёз". Князь Андрей приписывает дубу свои мысли и чувства и, думая о нём, употребляет местоимения "мы", "наша": "… Мы знаем жизнь,– наша жизнь кончена!".
Герой находит в роще то, что созвучно ему, - нераспустившийся дуб, который "один не хотел подчиняться обаянию весны и не хотел видеть ни весны, ни солнца".
Грустные, безнадёжные мысли теснились в это время в голове князя Андрея: "Да, он прав, тысячу раз прав этот дуб… пускай другие, молодые, вновь поддаются на этот обман, а мы знаем жизнь,– наша жизнь кончена!".
Внутреннюю жизнь своих любимых героев Толстой часто соединяет с жизнью природы. Такой параллелизм – характерная черта художественного метода писателя.
Вот и "мысли" дуба соответствуют мыслям князя Андрея.. Первый раз проезжает он мимо него разочарованным в своих прежних идеалах, когда ему кажется, что активная творческая и личная жизнь уже позади. Второй раз - после поездки в Отрадное и встречи с Наташей, когда в судьбе его намечается перелом и вновь возвращаются надежды на счастье и стремление к серьёзной государственной деятельности.
Описание лунной ночи в Отрадном, которой любуются одновременно князь Андрей и Наташа, эмоционально и романтически приподнято. Большое количество эпитетов в сравнительно коротком отрывке передаёт оттенки контрастных цветов: ночь неподвижно-светлая, деревья черные с одной и серебристо освещенные с другой стороны, растительность с серебристыми кое-где листьями и стеблями, крыша - блестящая росой, дерево с ярко-белым стволом, полная луна на светлом, почти беззвёздном небе. Ночь, луна, свет и тени - всё чарует незабываемой прелестью.
Заключительная часть эпизода очень важна. Князь Андрей после этой прелестной ночи, когда в душе его возникла "неожиданная путаница молодых мыслей и надежд", видит на обратном пути тот же дуб, но уже преображённым, раскинувшимся "шатром сочной, тёмной зелени". Давно забытое чувство радости испытал вдруг князь Андрей.
Он вспоминает "все лучшие моменты его жизни", минуты душевных потрясений, которые дали ему опыт мучительных душевных переживаний ("мёртвое укоризненное лицо жены"), открыли свет новой истины (Аустерлиц с его высоким небом, Пьер на пароме и ночь в Отрадном).
Особенно важно подчеркнуть здесь слово "обновление". Действительно, поездка в Отрадное станет важнейшей вехой на пути духовных исканий князя Андрея. Он снова ощутит желание быть полезным, жить среди дорогих ему людей: "Мало того, что я знаю всё то, что есть во мне, надо, чтоб и все знали это…"
Эпизод ещё раз даёт возможность убедиться в том, как Толстой показывает способность своих героев к душевному развитию и изменению их внутреннего мира. ( Этот метод Чернышевский назвал "диалектикой души").
Таким образом, эпизод "Поездка князя Андрея в Отрадное" важен с нескольких точек зрения: он рисует одного из главных героев романа-эпопеи на важнейшем этапе его судьбы, раскрывает его сложный внутренний мир и даёт представление о некоторых характерных особенностях художественного мира Толстого.
Нусс, долго продержалась, огромная территория, была сильной и могучей, высокоразвитой по тем временам. С другой стороны громадные размеры осложняли освоение, было множество врагов при бесконечных войнах.