Роман дубровский интересный троекуров в даном романе злой и беспошадный человек дубровский был его другом но он был добрым хорошим они были друзьями с троекуровым но скоро они посорились и люди дубровского сжегли дом троекурого еще в даном романе был джефордже он был французом он был смелый и был учителям учил машу есть и верейский он был старый лет 50 и любил машу но маша не любила его
Губка боб маленькая губка которая переехала в бикини ботом губка боб любит свою работу поля медуз и друзей патрика свидворда сенди мистера крабса и многих других
<span> 1.«Ах, Господи Боже мой! Уж ребенок не смей и избранить Пафнутьича! Уж и разгневался!
2. </span><span>П. не смущаясь и вдохновенно врет: «Отроду, батюшка, ни с кем ни бранивалась. У меня такой нрав. Хоть разругай, век слова не скажу. Пусть же, себе на уме, Бог тому заплатит, кто меня, бедную, обижает»
3. </span><span>В беседе со Стародумом П. простодушно восхищается патриархальной традицией: «Старинные люди, мой отец! Не нынешний был век. Нас ничему не учили. Бывало, добры люди приступят к батюшке, ублажают, ублажают, чтоб хоть братца отдать в школу. К статью ли, покойник-свет и руками, и ногами, царство ему небесное! Бывало, изволит закричать: прокляну робенка, который что-нибудь переймет у басурманов, и не будь тот Скотинин, тот чему-нибудь учиться захочет».
4. </span><span>Ее идеал — духовный застой («У нас, бывало, всякий того и смотрит, что на покой»), не мешающий взятками наживать богатство.
5 . </span><span>П. глубокомысленно замечает: «Нашел деньги, ни с кем не делись. Все себе возьми, Митрофанушка. Не учись этой дурацкой науке»
6. </span><span>Цыфиркин предлагает другую задачу, в которой речь идет о прибавке жалованья. П. вмешивается снова: «Не трудись по-пустому, друг мой! Гроша не прибавлю; да и не за что. Наука не такая. Лишь тебе мученье, а все, вижу, пустота». </span>